puhanov

Пидор, пидор, подорОк

Носит тонкий свитерок.

Я бы сам надел такой же,

Да женат не первый срок.

Ветерок бежит по коже,

Добрым юношам урок:

Нужен теплый свитерок.

Из собачьей вяжут шерсти,

Чтоб сберечь любовь на сердце,

Если будешь одинок,

Если любишь холодок.

silhiriel

И вообще, и потому, что до слез тронуло, и потому, что у Ольги обсуждение добрых людей. По-моему, это тоже туда.

У одной женщины расцвел кактус.
Ничто не предвещало.
Четыре года торчал на подоконнике, похожий на хмурого и небритого похмельного дворника – и на тебе.
А некоторые считают ее злобной бездушной стервой. Неправда ваша. У злобных бездушных стерв кактусы не цветут.
И в думах о кактусе она оттоптала ноги мрачному мужчине в метро, но не взвилась оскорбленно (а если вы такой барин, то на такси ездить надо!), а улыбнулась: - Не сердитесь, ради бога, не могу ни за что ухватиться, хотите – наступите мне на ногу, будем квиты.
И мрачный мужчина проглотил то, что уже собирался было озвучить. А потом вышел на своей станции и вместо того, чтоб обозвать тупой коровой запутавшуюся со сдачей киоскершу, сказал ей: - Ничего страшного, пересчитайте еще раз, я с утра тоже не силен в арифметике.
А киоскерша отдала за просто так два старых журнала и целый ворох старых газет одному старичку, который, видно, очень любил читать, но каждый день покупал только одну газету, подешевле. Вообще-то, нераспроданное полагалось списывать, но есть методы обхода.
А довольный старичок пошел домой с охапкой прессы. И, встретив соседку с верхнего этажа, не учинил ей ежедневный скандал (ваш ребенок топочет по квартире как конь, воспитывать надо!), а посмотрел и удивился: - Как дочка ваша выросла-то. Вот не пойму, на кого похожа больше – на вас или на мужа. Красавица будет, у меня глаз наметанный.
А соседка отвела ребенка в сад и примчалась на работу. И не обгавкала бестолковую бабку, записавшуюся к невропатологу на вчера и пришедшую сегодня, а сказала: - Да ладно вам расстраиваться, и я забываю, вы посидите, а я спрошу у врача, вдруг он сможет вас принять.
А бабка не стала угрожать жалобами во все инстанции вплоть до Страстбургского суда по правам человека, требуя у доктора выписать очень действенное недорогое и еще не придуманное лекарство, чтоб принял – и все, как двадцать лет назад, а вздохнула: - Я ж не совсем из ума выжила, понимаю, что старость не лечится, вы меня, доктор, простите, таскаюсь к вам, как на работу.
А доктор ехал вечером домой, вспомнил бабку и пожалел ее, и подумал, что жизнь, черт ее подери, летит мимо, мимо, и остановился у супермаркета, купил букет какой-то дурацкий и торт с хищного вида кремовыми цветами. И поехал потом совсем в другую сторону.
- Ну что мы все как дети, в песочнице куличики делим, вот я тебе торт купил, только я на него портфель положил нечаянно, но это ж ничего, на вкусовые качества не влияет. И цветы купил, правда, их тоже портфелем прижало, помялись, может, отойдут?
- Отойдут, - сказала женщина, - мы их реанимируем. Ты только представь, я сегодня проснулась, смотрю – а у меня кактус расцвел, видишь?

(с) drevo_z 

puhanov

В последние дни, подводя литературные итоги года, много пишут о «Елтышевых» Романа Сенчина.  Попадаются и восторженные отзывы о последнем романе Романа от людей  глубоко мне неприятных (я не о Быкове, к нему у меня от юности любовь, по каким бы баррикадам и борделям нас не разводила жизнь). Хорошо, что написал о «Елтышевых» сразу, как прочёл в ДН, не слушал никого. Сейчас бы точно, начитавшись рекомендаций, не стал читать, извини, Роман. Более того, из-за  «Елтышевых» испортил, почти испортил и чуть не испортил отношения с давними литературными товарищами. Они под сомнение поставили мой литературный вкус. Вот и получается, что с друзьями поссорился, а с врагами не подружился.  «Елтышевы»  - хороший русский роман, и взахлеб его, как инструкцию по выживанию, будет читать  тот, кто подсознательно боится оказаться на месте героев романа.  В девяностые это было совсем просто сделать,  и сегодня дорога на пиздец не заросла, и в самом благоустроенном обществе будет место семье Елтышевых, их страшной позорной смерти.  Потому что принесли они её из города в деревню с собой. И читатель «Елтышевых» - сам крестьянин по отцу, по деду, по прадеду,  люмпен городской, а как еще назвать, к примеру, писателя или критика? Чует, что хлипко его нутро, удобопригодно злу: лжи, воровству, алкоголизму, изменам, детоубийству, оставлению стариков и д.р. и д.р. до чёртовых дыр. Вот он заслоняется томиком Достоевского от себя  самого, зубрит, как суры, цитаты о народе, о стране, о пути. Пути всех семей Елтышевых к правде, свету и свободе. Только путь их лежит через  ту деревню, не помню сейчас, как она в географии Сенчина зовётся, но назвать этот населённый пункт можно и «Революция 1917 года», и «Великая отечественная война», и «Перестройка».  Потому этот роман нужно раздавать бесплатно, чтобы каждый россиянин мог пройти анонимный тест на скрытую елтышевость, на вшивость.